• Без рубрики

Дмитрий Бивол о детстве, карьере, соперниках и планах на будущее

Русский

Чемпион мира по версии WBA Дмитрий Бивол поведал о своем увлечении боксом, кумирах детства, а также о планах на 2018 год.

– Дмитрий, у вас необычное происхождение. Мама – кореянка, папа – молдаванин. Вы сами родились в Киргизии, а всю сознательную жизнь провели в России. Сколько языков знает ваша семья, и трудно ли было выбрать Россию как страну, с которой вы свяжете свою карьеру?

– Я считаю, что родился не в Киргизии, а в Советском союзе. Это было большое государство, хоть оно тогда и находилось на грани распада. Моя мама знает только русский язык. Папа в детстве разговаривал на молдавском. С восьмого класса разговаривает только на русском, как и вся наша семья. Я всегда себя ощущал советским человеком. В Киргизии, все разговаривали на русском языке. Переезд оттуда в Россию – это как смена города. Не было никакого языкового барьера и смены менталитета. Тем более я тогда был маленький. Переезд дался легко и мне, и родителям.

– А в детстве часто приходилось драться?
– В Киргизии частенько. Мы были той еще шпаной даже в пятилетнем возрасте. Весь день на улице. Сидишь в кругу ребят, спрашивают: «Ты его боишься?» «Нет». «А он тебя?» «Нет». «Тогда пойдем, выясним, кто сильнее». Такие забавы были.

– Напоминает Челябинск.
– Нет, не настолько суровое у меня было детство. НО было классное и веселое, но и такие моменты в нем были.

Почему именно бокс? 

– В детстве я хотел уметь постоять за себя. Когда был маленький, у нас был культ фильмов с Джеки Чаном. Мы смотрели эти фильмы всей семьей. Они безобидные. Никого в них не убивают. И при этом Чан показывал такие классные приемы, которые хотелось уметь повторить.

Я сказал об этом папе. Он повез меня в секцию. В карате меня не взяли, потому что посчитали слишком маленьким. Взяли в секцию ушу. Занимался там месяца два, а папа в это время посмотрел на другие секции, и узнал что ребята, которые занимаются ушу, не ездят на соревнования в отличие от соседней секции, где занимались боксом. Там ребята со всех концов страны приезжали с медальками и все довольные. Плюс там работал заслуженный тренер Киргизии. Кроме того, когда я занимался ушу, у меня не особенно получилась удары ногами. Я больше работал руками.а Пошли на бокс. Начал заниматься, появились успехи.

– Я говорил с комментатором Борисом Скрипко. Он не захотел вдаваться в подробности, но сказал: «Бивол должен был быть в олимпийской сборной, и он мог, как минимум, рассчитывать на медаль». Поясните, что не срослось?
– С любительским боксом у меня все было замечательно. Я выиграл все, что было можно на уровне юношей: Россия, Европа, мир. По юниорам я ездил на чемпионат мира и был бронзовым призером. Со всех чемпионатов я привозил медали. Во взрослом боксе у меня был тяжелый переход. Только стукнуло 18 лет, и тяжело сразу переключиться на взрослый бокс. Были неудачи. Пережил, завоевал бронзу на чемпионате России, потом серебро. Причем в тот год всех ребят, взявших серебро повезли на чемпионат Европы, не взяли только меня. Когда я стал первым, всех взяли на чемпионат мира, а меня отправили на Всемирные игры боевых искусств и Универсиаду. Главные старты прошли без меня. Не знаю, почему. Потом я выиграл еще один чемпионат России, и чувствовал, что способен на большее.

Тогда тренер мне сказал, что в любительском боксе можно долго готовиться и в итоге пропустить Олимпиаду, а даже если поедешь – не факт, что выиграешь. Не так много перспектив, а профессиональный бокс – другое дело. В нем я могу себя лучше реализовать, и к нему я лучше готов. Решились на переход.

– Геннадий Юрьевич (Машьянов, – действующий тренер Бивола) это предложил?
– Да. Мы работаем с 2010 года.

– Тяжело дался переход?
– На самом деле любительский бокс во многих вещах даже сложнее, чем профессиональный. Например, ты не знаешь к кому готовиться. У тебя 32 соперника. Готовиться нужно ко всем. В этом плане профессиональный бокс более качественный. Ты способен подготовиться к конкретному бою и определенному сопернику. В плане веса в профессиональном боксе тоже легче. Сделал вес и боксируешь на следующий день. В любительском боксе нужно взвешиваться в каждый день боя.

Но в профессионалах прибавилось работы. У меня больше тренировок. Они более длинные. Лагерь более тяжелый. Плюсы и минусы везде есть, а в целом переход неудобств не доставил.

– Кто у вас был кумиром в детстве? Наверняка, Майк Тайсон.
– Да. Самый первый кумир. Смотрел и думал: «Вот это да! Как он «месит» людей. Мне бы удар». Обычные детские мечты. Потом появились новые кумиры. Рой Джонс. Перед последним моим поединком мне задавали вопросы представители телеканала HBO. Среди них был Джонс. После интервью он попросил меня сфотографироваться с ним. Даже подумал: «Ничего себе дожил»! Жаль, что его карьера сложилась именно так.

Сейчас мне нравятся бои «Шугара» Рэя Леонарда. На сегодняшний день он – мой самый любимый боксер. Я пересмотрел его бои раз 20, и понял, что это фантастический человек. С каждым разом из его поединков можно узнавать для себя что-то новое.

– А что не так с карьерой Джонса?
– Он был большой звездой. Я буквально жил ожиданием его боев. Когда он начал проигрывать нокаутами, я неделями ходил и повторял: «Как это возможно»? Небо рухнуло. И сейчас он боксирует не на радость своим преданным поклонникам. Жаль, что жизнь заставила его зарабатывать таким образом. Хочется, чтобы такие люди уходили как Флойд Мэйвезер. Я за него рад. И рад за Леннокса Льюиса.

– Менеджер Вадим Корнилов на днях дал интервью, в котором сказал, что ваш следующий бой намечен на февраль-март следующего года и главным кандидатом в соперники является Салливан Баррера. Все так?
– На эту тему я общался с Вадимом буквально сегодня. План нам подходит. Три месяца для подготовки – оптимальный срок. А Баррера – это серьезное имя в боксе, которое недооценивают в нашей стране. Многие видели его бой против Андре Уорда, в котором Салливан не смог себя проявить. Есть посмотреть его бои с другими соперниками, можно понять, что бой с ним – серьезный вызов.

С Андре Уордом вообще всем тяжело боксировать. С первого взгляда не совсем понятно, что он делает. И классный боксер с ним выглядит не лучшим образом.  Даже Сергей Ковалев. Это «изюминка» Уорда.

– А бой Барреры с Валерой на этой неделе будете смотреть?
– Обязательно. Мне интересно, на каких скоростях пройдет бой. Как Баррера будет «подбирать» ноги под Валеру. Интересно, как он будет двигаться и пройдет ли бой всю дистанцию. Явный фаворит – Баррера. Он еще в любителях был очень хорош. В профессионалах его опыт стал только богаче.

– Корнилов осторожно говорил про возможность ваших объединительных боев. Но скажем, в следующем году вы были бы готовы провести бой с Ковалевым, Артуром Бетербиевым или Адонисом «Чикенсоном»? То есть Стивенсоном.
– А почему «Чикенсон»?

– Прозвище означает – трус. Его так назвал Ковалев за то, что Стивенсон не хотел с ним боксировать. 
– Не считаю его трусом. Стивенсона тоже недооценивают в нашей стране. Он хороший и опасный боксер. Далеко не подарок. А объединительные бои... Какая у вас должность?

– Выпускающий редактор.
– Вы бы хотели стать главным редактором в следующем году? Вот и я бы хотел объединительный бой.

– Не смущает то, что нужно будет боксировать с соотечественником?
– Когда я боксировал в любителях, мне было все равно с кем. Чтобы поехать на международный турнир, я должен был побить всех наших. Сейчас получается наоборот. Придется нам встретиться друг с другом. Что тут такого? Это же классно. В США вообще балдеют, когда встречаются два местных боксера.

– Последний бой Бетербиева удалось посмотреть?
– Да. Артур выглядел как всегда хорошо. Было видно, что он намного мощнее Энрико Келлинга. Сам Бетербиев сказал, что хотел провести длительный бой и свою задачу он выполнил.

– А от выступления Ковалева с Вячеславом Шабранским на этой неделе что ждете? Удобный соперник для Сергея?
– У Ковалева скорость выше, чем у Шабранского. У него больше опыта, он более подвижен. И на ногах он лучше. Сергей – явный фаворит. Он справится с Шабранским.

– Вы будете на этом поединке в зале. Планируете подняться в ринг после боя и что-нибудь сказать?
– Знаете, даже не задумывался, а ведь действительно могут попросить подняться. Я даже не знаю, что сказать.

– Теперь, когда вы стали чемпионом мира, ваши гонорары должны вырасти?
– Это зависит от соперников. Гонорары не зависят от титула. Будет хороший соперник, будет и гонорар. 

– Просили об этом Корнилова?
– О гонораре или сопернике? Мы стремимся выйти на хороших соперников. Важно постепенно подниматься по ступеням вверх. Захочешь пару ступеней перепрыгнуть – можно споткнуться и больше не вернуться на прежний уровень.

– Вернемся к Ковалеву. У него появился новый тренер Аброр Турсунпулатов. Сергей не доверял предыдущим тренерам, а новому доверяет. Вы уже долгие годы работаете с Машьяновым. Расскажите насколько важно найти своего тренера и многое ли боксеру дает?
– Тренер – главный в команде, он – глава семьи. Это очень важный элемент. Многие думают, что составил тренер план и нужно по нему готовиться. Ерунда. План нужен, но еще больше нужен контроль и корректировки.

Геннадий Юрьевич за километр чувствует каждого своего подопечного. Мы никогда не выполняли исходный план на сто процентов. Если он видит, что нет блеска в глазах – 8-раундовый спарринг становится 4-раундовым. Видит, что восемь мало, добавит еще. Идет постоянный физический и психологический контроль. Что-то не так, начнет расспрашивать. Тренер – не просто человек, который держит «лапы» и дает указания, это и друг, и наставник, и психолог. Чуть ли не родитель. Мало обладать педагогическими знаниями, нужно наладить и контакт с боксерами.

– Многие специалист хотят, чтобы Суперсерия прошла в вашей весовой категории. В идеале там должны быть чемпионы, включая вас и Ковалева, которому бой предстоит. А кто еще четверо?
– Баррера, Александр Гвоздик, Баду Джек и Элейдер Альварес.

– Кто из них наиболее вам интересен как соперник и кто неудобен?
– Каждый из этих боксеров имеет свою «изюминку». Она сложная, но к каждому можно подобрать ключи. Практически все они находятся на одном уровне.

Профессиональный бокс
Новости

Читайте также:

Комментарии: