В Германии задержан Виталий Калоев

В аэропорту Мюнхена задержан Виталий Калоев, который прилетел в субботу в эту страну для участия в траурных мероприятиях по случаю гибели 2 июля 2002 года над Боденским озером самолета Ту-154 Башкирских авиалиний

Ту-154 столкнулся по вине диспетчерской службы компании «Скай Гайд» с самолетом Боинг компании DHL. В этой катастрофе погиб 71 человек, среди них 52 ребенка, в том числе погибли жена и двое детей Калоева. Как сообщил «Интерфаксу» по телефону сам В.Калоев, для участия в траурных мероприятиях он был приглашен властями города Юберлингена. Ему была выдана шенгенская виза. Однако по прилету в аэропорт он был задержан.

В настоящий момент он находится в полицейском участке, где ему заявляют, что виза была выдана по ошибке, а против его участия в траурных мероприятиях выступает делегация Швейцарии, передаёт Радио «Вести ФМ» со ссылкой на «Интерфакс».

Хронология событий
К июлю 2002 года житель Владикавказа Виталий Калоев — архитектор и строитель — уже два года как работал в Испании. Он завершил возведение коттеджа под Барселоной, сдал заказчику объект и ждал семью, которую не видел девять месяцев. Жена Светлана с двумя детьми (10-летним Константином и 4-летней Дианой) уже приехала в Москву, но никак не могла купить билет на самолет. И лишь за три часа до отлета в аэропорту ей предложили «горящие» билеты на борт самолета «Башкирских авиалиний», того самого, который погибнет в небе над Боденским озером.
2 июля 2002 года, узнав о случившемся, Виталий Калоев из Барселоны сразу вылетел в Цюрих, а оттуда — в Германию, в город Юберлинген, на место катастрофы. Сначала полицейские не хотели пускать Виталия к месту катастрофы, но когда он объяснил, что там его жена и дети — пропустили. По словам Виталия, его дочь Диану нашли в трёх километрах от места падения самолёта. (По документальному фильму National Geographic — Air Crash Investigation (Расследования авиакатастроф) 2 Сезон 4 серия Deadly Crossroads (Mid-Air Collision) (Столкновение в небе) — он сам участвовал с поисковых работах и нашел сначала порванные бусы своей дочери, а затем и ее тело.)
Летом 2003 года Виталий вместе с Юлией Федотовой, матерью еще одной погибшей в авиакатастрофе девочки, приехал в авиакомпанию «Скайгайд». По словам сотрудников компании, во время траурной церемонии в Юберлингене, посвященной годовщине со дня авиакатастрофы, «один из родственников — мужчина с чёрной бородой» — вел себя очень «возбуждённо» и жутко напугал главу компании Аллена Росьера. После чего этот человек якобы приехал в офис «Скайгайд», где, общаясь с сотрудниками фирмы, несколько раз спрашивал: «Виноват ли в случившемся диспетчер?», и добивался встречи с Петером Нильсеном.
25 февраля 2004 года датчанин Петер Нильсен, авиадиспетчер швейцарской компании «Скайгайд», был убит. Убийство произошло в собственной квартире Петера, неподалёку от Цюриха в присутствии его жены и троих детей. Основной версией убийства Петера Нильсена, рассматривающейся швейцарской полицией, стала месть Калоева, который в той авиакатастрофе потерял жену и двоих детей, человеку, которого он считал главным виновником происшедшей трагедии.
26 октября 2005 года Виталий Калоев был признан виновным и приговорён к восьми годам заключения.
8 ноября 2007 года Виталий Калоев решением суда был освобождён за примерное поведение по отбытии части срока.
13 ноября 2007 года Виталий Калоев прибыл на территорию России, где был тепло встречен в аэропорту.
В настоящее время работает в Министерстве архитектуры и строительной политики РСО-Алания заместителем министра.
По сообщению ряда российских СМИ, 9 августа 2008 года на второй день войны в Южной Осетии Виталий Калоев был замечен среди ополченцев в Джаве. Позднее его брат заявил, что присутствие Калоева на театре военных действий было связано со строительством Зарамагской ГЭС и что он вернулся домой в ту же ночь.

Виталий Калоев интервью после освобождения:
Виталий Калоев: Пришло столько народу — я не думал, конечно, не ожидал.

Мумин Шакиров: Вы видели людей, которые вдоль дороги стояли, из движения «Наши»?..

Виталий Калоев: Нет, я их не видел, меня вывезли другой дорогой из аэропорта. Но мне говорили.

Мумин Шакиров: Вы ощутили, что это была для вас какая-то моральная поддержка, — те люди, которые стояли с плакатами вдоль трассы Домодедово — Москва? Или это было лишнее?

Виталий Калоев: Вообще, считаю, что те люди, которые в аэропорту собрались и вдоль трассы стояли, всем этим люди не безразлична судьба детей, своих и чужих. Это не имеет значения, потому что дети есть дети, они на одном языке плачут.

Мумин Шакиров: Вы понимаете, что вот вас встречали как героя?

Виталий Калоев: Меня встречали как самого обычного человека. Где вы видели там оркестр?

Мумин Шакиров: Но было огромное внимание.

Виталий Калоев: Ну, было внимание. Меня встречали как человека, который отстоял честь своих детей, своей семьи, и все.

Мумин Шакиров: В одном из интервью вы сказали, что несмотря на то, что произошла эта трагедия, к самой Швейцарии, к швейцарцам у вас нормальное отношение. Вы сохранили это доброе отношение к стране?

Виталий Калоев: Я это говорю, хотя на сердце, да, совсем другое. В то же время я никогда от своих слов не отказываюсь. Из-за какой-то небольшой группы людей нельзя ненавидеть весь народ, все государство. Сегодня в 8 часов утра господин Майер мне позвонил и поздравил с днем рождения, он в аэропорту Цюриха работает священником. Ради этого звонка, ради уважения к этому человеку, а этот человек мне помог в дни трагедии, он сделал столько, что я перед ним в моральном долгу, что хотя бы ради уважения к этому человеку я должен говорить хорошее про Швейцарию.

Мумин Шакиров: Когда вы сидели там в тюрьме, у вас были какие-то друзья, знакомые, с кем вы общались?

Виталий Калоев: Меня практически вся тюрьма знала. Когда выходил на прогулку, ко мне многие подходили поздороваться. Те, кто сидел на сексуальной почве или педофилы, — я боялся, что пожму руку такому человеку, а потом, думаю, руку не отмою. Поэтому пока не узнавал, как и что, я руку никому не подавал.

Мумин Шакиров: Какие-то дружеские отношения возникли с кем-нибудь?

Виталий Калоев: Какие у меня могут быть дружеские отношения с людьми, которые торговали, например, героином, кокаином? Эти люди, кто этим торговал, то же самое — они убивали и детей, и взрослых, они тоже смертью торговали. Кто делал это по глупости, я им говорил, что надо работать, надо честно жить, надо честно зарабатывать. И многим я это говорил, очень многим. И ко мне многие прислушивались.

Мумин Шакиров: Человеческое достоинство унижают там или не унижают?

Виталий Калоев: Унижают, но унижают не физически. Некоторые надзиратели — взглядом, мимикой или чем-то еще. И это иногда даже хуже, чем физическая сила, понимаете. Так все вежливо, все культурно, все это, но по взгляду человека, по мимике лица, по всем этим признакам уже видно, этот человек действительно такой вежливый или просто служба его обязывает.

Мумин Шакиров: Что вы почувствовали, когда вас освободили в здании суда, какое было ощущение?

Виталий Калоев: Я ничего не почувствовал, абсолютно ничего.

Мумин Шакиров: А чувства облегчения никакого не было?

Виталий Калоев: А какое облегчение?

Мумин Шакиров: Ну, что выйдете, вернетесь домой.

Виталий Калоев: А что, мои дети возвратились с того света? Или моя семья вернулась? Какое облегчение может быть?

Мумин Шакиров: Но все-таки попасть в объятия родных и близких — это тоже многое значит.

Виталий Калоев: Это значит, конечно, но чтобы, например, я прыгал от радости до потолка или что-то такое… Я абсолютно без эмоций воспринял это известие.

Мумин Шакиров: Как, на ваш взгляд, проявило себя государство российское? Оно услышало о вашем горе, чем-то помогло? Или государство вообще тут ни при чем?

Виталий Калоев: Я скажу так. В 2002 году, наверное, российское государство было еще очень слабое и фактически, как государство, отказалось от своих детей. Почему какую-то дипломатию я должен проявлять? Хотя эту дипломатию я проявлял в течение двух лет. Когда это случилось с Нильсеном, я тоже очень дипломатично себя вел, очень спокойно, очень корректно все это было.

Мумин Шакиров: То есть у вас есть обида на государство.

Виталий Калоев: Есть обида, да.

Мумин Шакиров: Которое не защитило ваши интересы.

Виталий Калоев: Которое не защитило мои интересы, да.

Мумин Шакиров: Однако когда вы приехали, вы поблагодарили Владимира Путина, президента России.

Виталий Калоев: Я поблагодарил не одного Владимира Путина. Я это для себя представляю так. В течение почти двух лет до суда я практически не знал, что за меня газеты пишут, телевидение показывает. Остальные два года я тоже это практически не полностью знал, отрывками только. В то же время я знал, что и министр иностранных дел сказал, что мы своего гражданина, когда суд закончится, переведем в Россию, создадим ему такие же условия здесь, чтобы он на родине был, чтобы его могли навещать родственники, братья, все в этом плане. И Путин то же самое хотел, наверное. Посольство Российской Федерации в Швейцарии — сразу же, на второй день, они приехали ко мне. И каждый месяц они ко мне приезжали, не забывали, газеты привозили. Я не свинья. Почему я не должен поблагодарить человека?

Мумин Шакиров: Что самое обидное вы прочитали о своей истории, что категорически вы не приемлете?

Виталий Калоев: Обидно бывает, знаете, когда говорят… Собственно, я на это и не обижаюсь здесь вот на таких людей, когда говорят, что убийца и вот это все. Все люди, которые так говорят, они продадут своих детей, даже живых продадут за деньги и будут считать это в порядке вещей, продадут их на какие-то органы, чтобы их разрезали, чтобы их убили, и все. Это те люди, которые так говорят. Я поехал защитить честь своих детей. А то, что там швейцарские газеты выходят с заголовками типа «Убийца лоцмана вышел на работу!» или «Убийца будет министром!», особенно желтые издания, типа Blick или Le Matin — это для меня как собачий лай. Пусть лают. Меня называют убийцей, а кто тогда Питер Нильсен? Не убийца?

Мумин Шакиров: Суд вынес условные сроки нескольким сотрудникам компании SkyGuide . На ваш взгляд, какая должна была быть кара этим людям?

Виталий Калоев: Могу со всей определенностью сказать, что и этого суда не было, этих бы условных сроков не было, если бы не произошел этот инцидент с Нильсеном. Не то что этого суда, а сегодня даже этого Отчета комиссии по расследованию этой авиационной катастрофы из Брауншвайга, и этого Отчета бы сегодня не было. Потому что я точно знаю, что к концу первого года этот Отчет был, и его бойкотировали швейцарцы. Для меня также непонятно, как эта вот организованная группа, или банда, совершила такое — и условный срок дали. Это же один человек, может быть, ну, два человека ошиблись, но целая компания одновременно как может ошибиться?

Мумин Шакиров: Я вернусь немножко назад, это очень важно. Зачем вы поехали обратно в Швейцарию, с какой целью? Вот когда вы говорили о том, что нашли Питера Нильсена и показали ему фотографию, вы поставили задачу приехать в Швейцарию с какой целью? Разыскать Нильсена и посмотреть человеку в глаза?

Виталий Калоев: Я в ноябре месяце получил от адвокатов немецких, из Германии, письмо, где меня информировали, как все это идет. И они информировали, что, например, будут компенсации. Но я говорил сразу, что эти компенсации, все это я даже никогда не заикнусь, мне они не нужны, это одно. Второе, SkyGuide там выдвинула условие, чтобы я отказался от своих мертвых детей, от своей мертвой семьи, и после этого она вроде бы как-то начнет со мной разговаривать. Вот это меня взбесило. Я позвонил переводчице SkyGuide и сказал, что я хочу встретиться с руководством компании. Она мне сказала: «Хорошо, я поговорю и перезвоню». Она мне перезвонила и сказала: «Давайте встретимся, они не возражают». И вот три-четыре раза такие звонки были, условия обговаривали, как встретиться, где, в какое время, может быть, вместе пообедаем, может быть, вместе поужинаем, что я хочу посмотреть в Цюрихе. Это был ноябрь 2003 года. Я им сказал: «Хорошо, я приеду. И то, зачем я еду, чтобы извинились перед моими детьми, перед моей семьей. А после этого можно и поужинать, после этого можно и пообедать, после этого можно и сходить куда-то, Цюрих посмотреть». Вот так они меня за нос водили, потом говорят: «Уже в декабре Рождество…» Ну, Рождество так Рождество, 10 дней или столько-то ничего не значат. На Новый год мне звонят, что встреча не может состояться. Я говорю: «Хорошо, я все равно приеду».

Мумин Шакиров: Вы хотели встретиться с руководством SkyGuide ?

Виталий Калоев: Да.

Мумин Шакиров: Аланом Росье.

Виталий Калоев: Аланом Росье, да. И когда мне отказали, я сказал: «Я все равно приеду в Швейцарию». Зачем мне Росье? Я уже знаю его мнение. Значит, кто там такое же лицо, через кого можно заставить извиниться? Кроме Нильсена кто там есть? Никого нет. Вот и я пошел к Нильсену. Я пошел, и я же говорю, первый раз, когда пошел, я даже не зашел к нему. Я постоял там на остановке, минут 30 стоял, если не больше, думал. Предполагал, что мне он может отказать, я и это предполагал, и этот вариант обдумывал. А потом, это было воскресенье, мне надо было с Майером встретиться. Думал, что встречусь с Майером и попрошу его, чтобы он пришел со мной. Я в понедельник пошел к Майеру, а он был в отпуске, я не знал этого. И пошел к Нильсену тогда уже один.

Мумин Шакиров: Эта сцена, вы пытались показать ему фотографии…

Виталий Калоев: Да, я пришел к дому, позвонил. Вышла женщина, я спросил: «Питер Нильсен здесь живет?» Даже не спросил, а я заранее написал на бумажке и показал. Он там — она мне показала рукой. Подошел туда, постучался. Ничего не было, я был очень спокойный, я был сдержанный. Я постучался, он вышел. Я ему сказал, что я из России. Показал рукой, чтобы меня пригласил в дом, — он захлопнул дверь. Ну, думаю, хорошо, не хочешь — не надо. Полез в карман, достал фотографию, показываю. Он оттолкнул руку и показывает: убирайся, мол, что ты тут забыл — в этом роде. Ну, а там, что было, то было…

Мумин Шакиров: На фотографиях, которые Виталий Калоев протянул Питеру Нильсену, были изображены его дети и супруга, лежащие в гробу.

Виталий Калоев: Когда своих детей второй раз на твоих глазах убивают, какой человек может сдержаться? И даже когда подошел, на него не посмотрел — мне тяжело это было. Убил моих детей, почему так… Трудно было сразу на него посмотреть. Я не знаю, как я до гостиницы дошел. В гостинице просто вечером я фотографии вытащил свои, поставил. Вот этот конверт — на конверте была кровь, на рубашке была кровь. Я понял, что что-то случилось.

Мумин Шакиров: Этот вопрос вам задавали много раз, и прошло уже какое-то время, сожаления никакого нет, что произошло, то произошло?

Виталий Калоев: Я могу сказать так. Задавал я этот вопрос себе тоже, почему Нильсен себя вот так вот повел. Но это уже потом, прошло какое-то время, год или сколько. Почему все остальные так себя вели, что из этого напрашивается? Значит, этому человеку специально говорили: не дай бог, кто-то придет или что-то там, родители, журналисты, кто-то, — должен всех прогнать. Ему, наверное, внушали: что ты переживаешь за каких-то русских детей… Все такие разговоры, наверное, шли, все это внушали. А так — почему вдруг он так себя повел? То, что он меня узнал, что я один из родителей, это однозначно. То, что он там начал размахивать, кому это надо было? Если ему это надо было, значит, так случилось. Мне это не надо было, например.

Мумин Шакиров: Сегодня он в ваших глазах жертва этой ситуации или виновник?

Виталий Калоев: Он для меня никто, понимаете.

Мумин Шакиров: Но его нет в живых.

Виталий Калоев: Его нет в живых, но он для меня никто. Я думаю, он был дурак, поэтому и поплатился вот за это. Я так думаю. Если бы он умнее был, он бы, наверное, не повел себя так. Я думаю, разговор совсем по-другому пошел бы, более в таком мягком тоне. Наверное, разговор по-другому пошел бы.

Мумин Шакиров: И этой трагедии могло бы не произойти.

Виталий Калоев: И этого могло бы не быть, да.

Мумин Шакиров: Как в руках Калоева оказался нож, которым он несколько раз ударил Питера Нильсена? Виталий ответил следующее.

Виталий Калоев: Я работаю на стройке, из этих 30 лет я 15 или 16 лет проработал в командировках. Вот как сигареты, зажигалка, так и нож у меня постоянно. Наверное, нож был с лезвием, с отверткой, с вилкой, с открывалкой такой, он не был специальным. Да это и на суде сказали, что нож обычный, перочинный, не кинжал. Все это раскручивали, это и суд сказал.

Мумин Шакиров: На вопрос, задумывался ли Виталий когда-нибудь о детях-сиротах Питера Нильсена и его вдове, Калоев ответил так.

Виталий Калоев: Задумывался, почему не задумывался… Его дети растут здоровые, жизнерадостные, жена его радуется своим детям, родители его радуются своим внукам. А мне кому радоваться?


Читайте также:

Комментарии: