Андрей Палей — Жизнь должна быть наполнена

«Человек не для того создан, чтобы терпеть поражение», – произнес моряк Сантьяго в повести Э. Хемингуэя. Согласиться с утверждением легко, но следовать ему невероятно сложно. Восьмикратный чемпион мира по жиму лежа в пауэрлифтинге Андрей Палей в курсе, как даже поражение обернуть в свою пользу.

Беседа журналистов http://power35.ru с Андреем о битвах, везении и любви.


Да, я не умею проигрывать… И, слава богу, судьба меня отводит от проигрышей. Кстати, когда общаюсь на форумах с оппонентами в спорте, где обсуждаем проблемные вопросы, на любой скепсис отвечаю: «Ребята, я никогда не проигрывал». С другой стороны, только поражения делают нас сильнее. Простой пример: в категории «100 килограммов» у меня же не было соперников, я набрал 10 килограммов, ушел в другую категорию и бился года три с сильнейшй пятеркой спортсменов, пока не обошел и их. Уверен, без проигрышей и трудностей не будет прогресса.
Да, я считаю себя абсолютно счастливым. И самое главное ведь не достижение целей, а семья, дети – то, о чем любой мужчина мечтает. Это говорит о том, что ты как человек состоялся.


Да, я очень везучий человек. Я был на краю смерти, но судьба отводила меня от опасности. Даже не буду конкретизировать, это все называется – «90-е»… Часто везет и на соревнованиях. Последний раз на турнире COLUMBUS EXPO WEEK-END в Штатах все мощные соперники на удивление «забаранили» – получили нулевые оценки. Турнир был очень сложный, видимо, спортсмены остыли и не смогли добиться результата… А я использовал третью попытку, поднял вес и за счет этого вылез в абсолютку и выиграл. Помню, тогда на пьедестале стоял практически один. Это только везение, потому что в лучшем случае сам должен был быть в призах, а уж быть первым или в абсолютке – совсем призрачные шансы. Вот это везение!
Я не испытывал кризиса среднего возраста, о котором все говорят. Но с сорока лет у меня было постоянное ощущение несправедливости, когда я осознавал свой возраст. Я не верю, что через месяц мне будет 50 лет, я не верю. Какая-то несправедливость, потому что в душе я тридцатилетний и не понимаю, почему так быстро все происходит. Только документальное подтверждение возраста в паспорте просто убивает.
Думаю, все проблемы от ненаполненности жизни. Если жизнь наполнена, то никаких проблем не будет, некогда страдать.
Сейчас я пересмотрел свою жизнь. Если до 40 лет бился в плане бизнеса и финансового обеспечения, то сейчас я легко ко всему этому отношусь, не напрягаюсь. Раньше я ложился и вставал с мыслью, что нужно прокормить, нужно заработать, надо денег больше. Сейчас я понимаю, что чем больше денег, тем просто «игрушки» дороже. Знаете, это успокоение ко мне пришло само. Меня сейчас полностью поглощает спорт, все остальное по боку. Жизнь должна быть заполненной, так интересно жить.
Люди думают, что я миллионер, но это не так. К примеру, финансы на поездку на ближайший чемпионат в Нью-Йорк появились в последний момент.
Да, в людях больше ценю ментальную силу, потому что физическая сила не значит ничего. Главное — стержень в человеке. Если его нет, то выкручиваться бесполезно… Накачай мышцы, купи брутальную машину, сделай шрамы или татуировки, но если нет стержня, люди не поверят в твою силу. И жизнь показывает, что большие люди не всегда являются сильными внутри, даже наоборот. Я часто вижу, что чем больше человек, тем меньше у него жесткости внутри.
Главное — то, что ты сформировал себя внутри, а не снаружи.
В начале формирования характера мне многое дала армия. Два года службы в парашютно-десантном взводе на китайской границе были чертовски сложными. Нас забрасывали в горы с одной картошкой на несколько дней, постоянные захваты… И потом жизнь, очень тяжелая, она всегда или ломает, или делает сильнее. Как раз наши 80-е и 90-е кого-то сломали, кого-то сделали сильными.
Нужно быть очень мужественным человеком, чтобы озвучить то, за что тебе стыдно. То, что было в детстве, все забылось, в зрелом возрасте были такие моменты, но немного. Неприятно вспоминать и с этим тоже нужно жить.
Сейчас в спорте у меня несколько сменились приоритеты: зарегистрировал и стал представлять в России американскую федерацию IPA в качестве вице-президента. Она, как глоток свежего воздуха, даст новые альтернативы для спортсменов в пауэрлифтинге. Хотя появление IPA в России вызвало своеобразные «звездные войны», произвело революцию, но это же интересно. В таком статусе мы провели чемпионаты России, Европы. Сейчас будем проводить Кубок мира в рамках мультитурнира «Золотой тигр» в Екатеринбурге. Надеемся попасть в Книгу рекордов России, собрав на стартах 1000 спортсменов.
Я не люблю вспоминать детство, оно было каким-то печальным. Школу я воспринимал как один сплошной, постоянный стресс. Учился плохо, ничего мне не давалось: ни математика, ни физика, ни иностранные языки. Постоянно дрался, были какие-то обиды по национальному признаку. После этого директор отбирал портфель и вызывал отца. Дома меня терроризировали за поведение, оценки… Был ужасно хулиганистый. Поэтому своих детей я жалею и ничего не требую, двойки, да ради бога. Я уже знаю, что для жизни это никакого значения не имеет и, кроме стресса, ничего ребенку не дает.
Я рос в интеллигентной семье, интеллигентной – насколько это возможно в нашем городе, потому что и мама, и папа – работники комбината. Но какой-то стержень всегда присутствовал: вся семья читала, мама любила живопись.
В детстве я очень много читал. До 27 лет зачитывался историческими и приключенческими романами. Помню, тогда была проблема с книгами. Когда же появлялась возможность — покупал литературу, под зарплату всегда процентов двадцать отдавал на покупку книг.
Когда мне было 15 лет, я сказал родителям, что никогда не буду жить так, как они. Отец приходил за полночь, мама вечером, готовила, читала книги и ложилась спать. Для меня это была ужасная жизнь, какая-то нереальная, монотонная жизнь зомби. Да, я исполнил обещание, но с другой стороны — однажды написал маме расписку, что не женюсь до 30 лет, а с первой женой мы расписались в 18…
Думаю, что бесполезно учить детей чему-то специально, нужно быть примером, ребенок воспринимает на подсознательном уровне. Ему можно рассказывать любые красивые истории, но если он будет видеть, что папа этого не делает, то все усилия напрасны. Если ты хочешь, чтобы твой сын был на тебя похож, значит соответствуй этому, и ребенок все это увидит. Если я сохраняю память о родственниках, прихожу на кладбище к своей бабушке, я беру с собой младшего сына Семена. Мы вместе красим ограду, я знаю, что и он потом будет делать то же самое. Я никогда не говорил ему, что нужно помнить своих предков и чтить память, он это видит.
В общении с сыном я стараюсь быть демократичным, общаться на равных. Но у меня не всегда получается, я же вообщем-то деспот по натуре. Но Сема не обидчивый, он пропускает мимо ушей мои резкости, и я сразу смягчаюсь. Хочу уточнить, мы говорим только о младшем сыне, потому что старшие сыновья, Дмитрий и Эдуард, уже взрослые и живут своей жизнью…(улыбается — прим. ред.).
У меня нет таких вопросов, на которые я не могу ответить сыну. Если его интересует мое финансовое положение, то я ему всегда расскажу. Если интересуют отношения с женщинами, тоже все ему рассказываю как есть, даже без фильтрации.
Семью скрепляют трудности. Хотя когда я был женат в первый раз, мой папа говорил, что нельзя нам купить квартиру, иначе мы не будем жить вместе. Эту квартиру мы должны заработать сами. Но ничего подобного не произошло: и сами заработали на квартиру, а семья все равно развалилась. Поэтому в семейной жизни сложно предсказывать.
Да, трудности сближают, но нет ни в чем гарантии, ведь никто никому не подписывался кровью жить всегда вместе. Если что-то закончилось, щелкнуло, то все…
Кризисы в семье нужно просто пережить. Можно пережидать, когда гром уйдет, хотя я ненавижу ждать. Но одно я знаю наверняка – все проходит. У меня в доме на стене есть надпись: «Все пройдет и это тоже». Я написал ее крупными буквами, когда мне было очень плохо. Мы после этого несколько раз красили комнату, но этот кусок стены оставляем нетронутым. Чтобы надпись не бросалась в глаза, мы завешиваем ее сумками, которые Лина (супруга Андрея — прим. ред.) сама шьет. Но если вдруг такой кризис наступает, я все снимаю и смотрю на эти слова. И детям я тоже говорю: как бы ни было плохо сегодня, все пройдет и это тоже. Каждый раз думаешь, что все, это навсегда, но ничего подобного – ни счастье, ни несчастье – ничего навсегда не бывает.
Пишут, что какие-то отдельные года в семейной жизни — кризисные. Но это ерунда. Цифры не имеют значения. В первом браке я прожил 12 лет, жили как на вулкане, но там было непонимание, знаете, будто стучишься в дверь, а там никого. Во втором браке с Линой мы практически 20 лет вместе, и эти кризисы бывают всегда, их нужно пережить.
Хочу, чтобы Лина всегда оставалась такой же интересной, непредсказуемой, неуспокоенной. Она готовится к очередному фестивалю «Половодье», организовала фотовыставку, рисует картины, где обычные люди на первый взгляд — атланты… С ней будто сидишь на пороховой бочке. Но пусть так и будет, я не хочу, чтобы она менялась, ведь хуже всего жить с серым человеком.
Факты на все 100 процентов:
Родился в Магнитогорске.
Окончил шк. №9, до армии – СГПТУ№ 13, после армии – вечернее отделение Индустриального техникума.
Учебу в МГТУ бросил на третьем курсе, занялся бизнесом и уехал за границу.
Работал в ЛПЦ №3, заработал горячий стаж.
Кандидат в мастера спорта СССР по тяжелой атлетике и парашютному спорту. Мастер спорта СССР по пауэрлифтингу и гиревому спорту. Мастер спорта международного класса России по жиму штанги лежа.
Многократный рекордсмен мира, абсолютный чемпион России, Евразии, Азии, Израиля, Европы…
Восьмикратный чемпион мира по жиму штанги лежа, абсолютный чемпион 2011 года, лучший результат – 340кг.
Спортивный журналист, сотрудничает с журналами «Hardness», «Железный мир», «Качай Мускулы».

Беседовала И. Подрядова


Читайте также:

Комментарии: