Пришло на почту. Публикуем как занятную точку зрения на пауэрлифтинг в России

ТЕАТРАЛЬНЫЙ ВАВИЛОН

Автор: И.П.Абрашкин

—  Ну что будем делать? – опасливо спросил Бизов, нервно разминая в руках третий косячок подряд. Его волнения были оправданы: только что из его Театра музыкальной комедии имени адмирала Ивана Фёдоровича Крузенштерна, ушёл ещё один ведущий актёр.
—  Да не переживай ты! – его пожилой собеседник, Олег Чуваков, был как всегда невозмутимо спокоен: — Дублёр у нас кто? Правильно, Чупунова. Пообещай ей место в основном составе, дай премию и она за троих отработает!
—  Но ведь она никогда не работала ведущей примой!? Она не умеет…
—  Что ты как маленький! – дым от первосортной травки заклубился вокруг лица Олега: — Пресса напишет, что всё было отлично, а о мнении зрителей как обычно никто не узнает. Хватит стонать, не впервой же!
Бизов замолчал. Несмотря на сладкий дурман, постепенно окутывавший его сознание, нервозность не проходила. Тем не менее, не стал перечить Чувакову. С недавних пор он стал боятья его. За приятной внешностью молодого старика отчётливо виделись пипец как злые глаза, в которых не было и намёка на сострадание. Бизов понимал, что Чуваков с ним рядом оказался неслучайно. В критический момент конкурентной борьбы между театрами, где Бизов проигрывал бой за боем, Чуваков официально выступил тем спасителем, который если не мог провести театральный корабль сквозь шторм с устойчивостью авианосца, то хотя бы имел возможность регулярно вычерпывать воду из трюмов прохудившегося днища. Бизов понимал, что помощь Чувакова, это ширма, и что Олег постепенно завоёвывает всё большее влияние в театре Бизова, покупая оставшихся ведущих актёров на свои деньги. Одно было непонятно: зачем нужен Чувакову тонущий корабль Бизова?


Впрочем планы Чувакова не были мыслями номер один в голове Бизова. Даже если Чуваков и приберёт к рукам его театр, Бизов всегда может рассчитывать на маленькую, но надёжную пенсию и самое главное, всенародный почёт. Несмотря на проигранные сражения, Бизов был хорошим аналитиком. И он понимал, что театр без актёров существовать не может. Уход очередного актёра и заставил в очередной раз сильно напрячься нервную систему Бизова, которую не мог успокоить и наркотический дурман. После этого ухода, в штате, из ведущих, кассовых актёров у него в штате оставались только Соловей Юров, да Патрон Исаев, что было катастрофически мало, для проведения непрерывного сезона спектаклей. Правда для поддержания репертуара на плаву, в этом году Бизов успел заключить контрактный договор с Микаэлем Вебовым, очень популярным, народным актёром из южной части страны, но в постоянный штат театра он вроде как не входил, поэтому прямо Бизову не подчинялся, был скорее наёмной птицей, чем попугаем в клетке. Илья Умертляков мог помочь поправить положение, но в силу некоторых причин и собственной глупости, ему пришлось уехать в дальнюю командировку на неопределённый срок. Остальные же актёры на роли Примы того или иного спектакля не тянули никак, соответственно заметно поправить положение театра не могли.
«Как так получилось?», — всё чаще это вопрос всплывал в его голове. Ведь ещё совсем недавно, каких-нибудь четыре-пять лет назад, его театр громыхал на всю страну. Справедливости ради надо сказать, что театр Бизова изначально был основан на подавлении и жёсткой критике в адрес другого, Большого театра, но этот момент как-то забывался, и возвращаться к нему не хотелось даже в воспоминаниях. В памяти же в первую очередь вспоминался 2008 год, когда впервые из театра ушли два ведущих актёра, Данил Касагин и Влад Краснов. Попытки уничтожить их репутацию, дабы их не взяли в другой театр, результата не дали, зрители оказались на стороне любимых актёров и всенародно поддержали создание их собственного, нового театра. Почему они их поддержали? Бизов не понимал. Позже ещё один актёр, Илья Смычков, начал ставить свои спектакли. Вот что ему не хватало? Жену его Бизов не трогал… Чуть позже, когда скандалы в театре Бизова расползлись по всей стране, для сохранения репутации, пришлось расстаться с талантливыми Никитой Виткевиным и Константином Рогозиным… Сильнее всего позиции театра Бизова подкосил уход Антона Репина. Бизов понимал, что репутация Антона росла с каждым годом семимильными шагами. В один из моментов Бизов решил притормозить его развитие и провёл два спектакля одновременно в разных частях страны, попутно перекрыв въезд в страну ведущего американского актера музыкальной комедии, эпохи нашей современности, которого пригласил Репин. Правда тогда это не помогло, но тем не менее, когда Антон ушел из театра имени Крузенштерна, Бизов решил повторить попытку, взяв на резервный спектакль Дениса Черташнина, третьесортного актёра, зато с хорошим наследством, доставшимся ему от бабушки, которое он пообещал вложить в театр. Наследство не помогло, в этот раз результат оказался ещё более плачевным. ПОЧЕМУ??? Мозг Бизова разрывался на части. Тем временем, многие актёры начали массово утекать в свободное плавание, как река Ниагара по одноимённому водопаду. Казался вот он конец. Но тут появился Чуваков.
«Ни один актёр России не выйдет на сцену без моего согласия», — больное самолюбие Бизова жаждало именно такого человека. Посадив ряд актёров на жёсткую финансовую иглу, он спас театр от полного краха. На какой период времени – этого не мог сказать никто. Шаги антикризисного управления Чувакова были достаточно грамотными, ему даже удалось прибрать к рукам ряд профильных СМИ. Только один важный момент был неподвластен Чувакову: зрители уже досыта наелись межтеатральными скандалами и стали ходить на спектакли, выбирая предпочтения исключительно по названиям и актёрским составам. Директорская прослойка со своими проблемами и конфликтами их уже не волновала. А Чуваков действующим актёром не был, спектакли ставить не умел. Да и не было у него такого желания. Не по статусу видите ли…

—  Юрец! – крикнул Чуваков, да так громко, что Бизов подскочил на стуле и приземлился на пол, резко прервав свои размышления.
—   Юрец! – повторил Олег: — у меня идея! Правда придётся пожертвовать Юровым…
Дальше Бизов уже не слышал. Он хорошо понимал, что с уходом Юрова, он лишается вообще всего, чего у него было последние десять лет, даже своей потенциальной маленькой пенсии. На автопилоте он крикнул: — НЕТ! Олег ты чё?… – и тут в его задурманенное сознание стала проникать ужасная мысль, которая сразу расставила всё по своим местам. Он повторил:
— Олег!… нет!… только не это!… Олег!… ты с Палеевым заодно!!! Это ведь ТЫ предложил провести сеанс одновременного спектакля в Екатеринославе, после чего актёры побежали от нас! Это было изначально спланировано?
На полуслове он замолчал от оцепенения. В комнату с ехидной улыбкой медленно входил тот самый Антон Палеев. Сквозь обтягивающую майку, были видны многочисленные грозные татуировки, покрывающие горы мышц и многократно усиливающие впечатление от внезапного появления. Бизов перевёл ошарашенный взгляд на Чувакова и дрожащим голосом произнёс:
—  Но зачем? Что я тебе плохого сделал???…
—  Заткнись! – рявкнул Олег: — Тряпка ты, а не директор театра! Пшёл вон! Пшёл ВОН, я сказал! – по стальному взгляду Олега, Бизов понял, что у него есть ровно одна секунда, чтобы остаться физически целым. Со скоростью пулемёта Максим и с грацией горной Лани, Бизов одним движением вскочил на ноги и не оглядываясь, побежал прочь. Все его мысли, идеи планы, вся его ЖИЗНЬ осталась там, в комнате, на пороге которой стояли Палеев и Чуваков.
—  Жалко парня, — произнёс Палеев: — ничему его жизнь не научила.
—  Не дави на жалость, — ответил Чуваков: — сколько он бабок себе на карман с актёров срубил? Забыл уже?
—  Ну да, — глаза Палеева были задумчивы как никогда. Он знал, что у него в запасе ещё есть несколько козырей, выкладывать которые прямо сейчас было преждевременно. Чуваков как и Палеев был безудержным театральным любителем, но его истинные цели — подмять под себя весь театральный бомонд, урвать весь торт, вместо одного куска, да ещё и на чужом горбу, никак не сочетались с фанатскими целями Палеева – сделать работу независимых театров на принципах свободной конкуренции, без вышестоящих нахлебников. Чуваков сейчас был нужен, чтобы сохранить саму идею альтернативных театральных спектаклей. Медленно повернувшись к нему, Палеев спросил:
—   Так что у нас там с объединённым Всероссийским спектаклем?


Читайте также:

Комментарии: